Показать сообщение отдельно
Старый 03.05.2016, 23:17   #643
Местный
 
Аватар для Scarlett
 
Регистрация: 17.09.2006
Сообщений: 21,847
Сказал(а) спасибо: 4,583
Поблагодарили 4,457 раз(а) в 3,153 сообщениях
Вес репутации: 379
Scarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордитсяScarlett за этого человека можно гордится
Мои фотоальбомы

По умолчанию

вы можете не верить нашим очевидцам, но своих же не будете опровергать.
Они описаны в книге Маркара Мелконяна "Путь моего брата", посвященной Монте Мелконяну, в том числе его деятельности в Карабахе. (Markar Melkonian. My Brother’s Road: An American’s Fateful Journey to Armenia. I. B. Tauris, London, 2005 ISBN 1850436355).

ПУТЬ МОЕГО БРАТА. "ПРОБЛЕМЫ С ДИСЦИПЛИНОЙ" - 1



Утром 4 февраля 1992 года Сета стояла со своим мужем под пропеллерами потрепанного вертолета Ми-8 на взлетной площадке Эребуни, в пригороде Еревана. С ними стояли семнадцать других бойцов из отряда Монте, включая специалиста по охране окружающей среды Грайра, пятерых добровольцев из городка Аштарак, и Кечял Сергея с акульими глазами. Их отряд направлялся в место под названием Мартуни, один из шести основных районов под армянским контролем в Нагорном Карабахе. Кроме этого, никто не имел другой информации в деталях. Пропеллеры завертелись. Внезапно к вертолету подбежал человек и вызвал Монте в сарай, служивший диспетчерской. Вернувшись из сарая через 40 минут, он не сразу поднялся в вертолет и прошептал Сете о том, что он только что говорил по телефону с главой Министерства Обороны Вазгеном Саргсяном. Однако он не сказал ей, что Саргсян только что повысил его до должности «Штаби Бед», или начальника штаба, в Мартуни.

Вначале Монте отказался принять повышение, объяснив это тем, что никогда раньше не был в Мартуни и ничего не знает об этом районе. Саргсян возразил, что времена отчаянные, и что он не знает лучшего кандидата на эту должность. В конце концов, с телефонной трубкой у одного уха и под свист вертолета в другом ухе, Монте уступил, но ясно дал понять, что принимает назначение временно, до тех пор пока Саргсян не найдет более подходящего кандидата.
Но почему среди стольких людей Саргсян назначил на этот пост именно Монте? Монте не знал ландшафта и не знал никого в Мартуни, и он еле понимал местный диалект. Однако Саргсян знал Мартуни: это был открытый район, частично занятый азербайджанцами и созревший к вражеской атаке. Это также был район, управляемый с армянской стороны конкурирующими кланами и их жестокими подданными. Такой человек извне, как Монте, не имевший в районе ни родственников, ни близких друзей, имел больше шансов избежать местных передряг и внутренней борьбы.

Сета вылила на асфальт воду из бутылки, которую она держала, и пропеллеры расплескали ее. Вертолет мягко подпрыгнул, поднялся в воздух, затем, покачиваясь, полетел вперед, в сторону Нагорного Карабаха. Мартуни, расположенный на юго-востоке Нагорного Карабаха, был дикой гористой местностью в 200 квадратных миль, где проживало 28000 горцев, многие из которых были фермерами и виноторговцами. Район упирался в окружающие низменности Агдама и Физули в виде полуострова, и с севера, востока и юга был окружен хорошо вооруженными азербайджанскими войсками. Он был самым слабым звеном в обороне Нагорного Карабаха.

Когда вертолет приземлился, Монте со своим отрядом сели в грузовик, заполненный мешками с солью. После проезда по кривой дороге, грузовик остановился возле низкого бетонного знания на каменистом склоне в трех километрах к западу от города Мартуни, районного центра. В лучшие времена это здание, известное как «Дор Ацел», принадлежало Советскому управлению дорожного строительства. Теперь оно служило казармой.

Сразу после того, как Монте сложил свои вещи в новой казарме, он повесил бинокль на шею и вышел за дверь для ознакомления с местностью. Комитет Обороны в Степанакерте хотел произвести «зачистки» в Карадаглы, зажиточном азербайджанском селе, занимающемся выращиванием пшеницы и состоящем примерно из 1200 человек. Село располагалось на единственной асфальтированной дороге из Степанакерта в Мартуни.

В месяцы, предшествующие войне, азербайджанский ОМОН останавливал у поворота на Карадаглы машины, избивая и похищая армянских шоферов. Один раз они сожгли семью в машине. Азербайджанцы в Карадаглы неоднократно выказывали гнев в адрес офицеров ОМОН-а, говоря, что их жестокость ни к чему хорошему не приведет, однако офицеры просто отмахивались от них. Позже, когда перед лицом атаки с гор, ОМОН отступил из окружающих деревень, жители Карадаглы оказались окружены очень враждебно настроенными армянами. В конечном итоге прилетели вертолеты, чтобы эвакуировать женщин и детей, и к тому времени, когда начальство Монте попросило его приготовить план атаки на деревню, большинство (но не все) из оставшихся сельчан были хорошо вооруженными защитниками.
Когда Монте и несколько человек из его команды начали спускаться по снежному склону из армянской деревни Хагорти в сторону Карадаглы, армянские жители села открыли по ним огонь. Группа приостановила спуск и вступила в спор с сельчанами. «Уходите,- сказали они, - нам здесь не нужна война». Монте ответил, что уже слишком поздно для таких сантиментов: они уже находились в состоянии войны. Теперь не оставалось никакого выбора, кроме как принять этот факт и закончить дело как можно быстрее. Однако сельчане стояли на своем, и их голоса начали повышаться. В конце концов, азербайджанские часовые в Карадаглы, видимо, разнервничавшиеся от спора, открыли огонь по бранящимся, которые бросились в укрытие.
После прерванной атаки возле Хагорти, Монте стал разъезжать по Мартунинскому району из деревни в деревню с ручкой и блокнотом в нагрудном кармане. Он просто появлялся в деревне или на передовой позиции, и даже не давая им знать, что он новый начальник штаба, начинал задавать вопросы о том, сколько человек находились на службе. Сколько резервов имелось для призыва? В каком состоянии находились их оборонительные позиции, траншеи? Сколько автоматов, винтовок, пистолетов и патронов и сколько литров дизеля имел каждый местный командир в активе?
После многовекового отражения вражеских атак горцы Карабаха настороженно относились к чужакам, задающим вопросы. Более того, вокруг ходил слух, что какой-то приезжий журналист передавал информацию врагу. Поэтому, когда чужак, еле говоривший на родном языке, появился в штабе передовой деревни Перташен с кучей вопросов, местные повели себя уклончиво.
Нельсон, местный заместитель командира, отвечал на каждый вопрос чужака ложью, которую Монте аккуратно переписывал в свой блокнот.
Нельсон был крепким мужчиной с огромным пистолетом Стечкина на бедре. Пистолет был трофеем, украденным им с трупа азербайджанского офицера в обломках сбитого вертолета. Пока Монте копировал ложь Нельсона в свой блокнот, Нельсон искоса изучал его: голова чужака удлинялась сзади, что скорее придавало сходство с турком, чем с карабахским армянином. Нельсон решил не спускать с него глаз.
Предыдущий начальник штаба в Мартуни, бывший капитан Советской Армии по имени Анастас Агамалян, не был удивлен, когда Монте сухо представился ему в качестве его преемника. Агамалян вырыл траншеи и заложил мины вдоль линии фронта, но его начальство было обеспокоено тем, что ему не хватало опыта с оборонительной подготовкой. Он принял свое понижение в должности без обид, но расстался с Монте, дав ему небольшой совет: остерегаться предательства со стороны своих людей в штабе.

В середине февраля Монте и его Патриотический отряд расположились биваком в Мехдишене, деревне к северу от Степанакерта, находящемся на достаточном расстоянии от райцентра Мартуни, чтобы собрать побольше разведданных, на сей раз для запланированного нападения на соседний город Ходжалы.

Ходжалы, с населением в 6 000 человек, был вторым по величине азербайджанонаселенным городом в Нагорном Карабахе, после ее цитадели Шуши. Азербайджанцы в Ходжалы контролировали единственную взлётно-посадочную полосу Нагорного Карабаха, и их стрелки отрезали две главные дороги, проходящие через область: одну на восток, и другую - на север. Тем не менее, вооруженное присутствие в Ходжалы по большей части носило оборонительный характер. Оно состояло из приблизительно сорока бойцов ОМОН-а плюс “группы самообороны" в количестве от 60 до 200 человек, главным образом неопытных призывников.

16 февраля наступательная операция Монте прервалась, так как он получил срочный вызов от начальников в Степанакерте. Он оставил свой бинокль и помчался в штаб Вооруженных Сил, расположенный на прежнем вокзале, на бульваре Борцов за свободу в Степанакерте. Пока он слушал шепелявого Артура Мкртчяна, очкастого президента Нагорного Карабаха, тот объяснял, что отряды Арабо и Арамо атаковали деревню Карадаглы по собственной инициативе и без разрешения, и что азербайджанцы-защитники села отразили нападение, убив во время перестрелки одного из атакующих. Мкртчян знал, что Монте имел разведданные по Карадаглы, и попросил, чтобы он закончил операцию, которую сорвали отряды изменников.

“Соберите свой вещи прямо сейчас”- объявил Монте, вернувшись в расположение Патриотического Отряда в Мехдишене. “Мы уходим".

К полудню, по дороге в Карадаглы, они встретили на дороге бойцов Арабо и Арамо. Бой к тому времени закончился, и бойцы в черных тюрбанах сказали, что деревня была захвачена, и в настоящее время атакующие отступают. Услышав это, большинство бойцов Патриотического Отряда развернулись и возвратились в свои казармы в Дор Ацел, а Монте поехал дальше в Карадаглы, чтобы самому во всем удостовериться. Немного спустя он ворвался в казармы в Дор Ацел и крикнул: «Будьте готовы!” Сообщение было ложным: Карадаглы оставался в руках защитников- азербайджанцев.

В 6 утра следующего дня несколько членов Патриотического Отряда устроили засаду в коричневой траве и в снегу, откуда начали наблюдение за азербайджанским блокпостом защиты в юго-западной части Карадаглы. Местные бойцы из Мартунинского штаба засели с двух сторон от Монте, в то время как бригады Арабо и Арамо заняли другие позиции вокруг деревни. Ни у нападавших, ни у защитников не было танков, артиллерии или другого оружия, кроме гранатометов.

Девятью годами ранее Монте писал в своем "Руководстве для обучения народных бойцов": “Приказ открыть огонь во время засады должен давать командир, первым выстрелив во врага. Предпочтительно начать стрельбу из гранатометов Б-7 или любого другого оружия, которое сразу же вызовет тяжелые потери, (если такое оружие имеется в наличии)». Теперь он хладнокровно взял Б-7 на плечи, прицелился и сжал спусковой крючок. Первый снаряд с белой вспышкой и ревом вылетел прямо в угловое окно на втором этаже здания, выжег все внутри и желтым пламенем вырвался назад из окна. Это был сигнал, и нападавшие начали поливать деревню свинцом. Нельсон, замкомандира из Петашена, наблюдал с широко раскрытыми глазами за тем, как Монте, выстрелив, опустил Б-7 для того, чтобы наблюдать за силой гранаты, потом начал громко отдавать приказы младшим командирам (из-за отсутствия портативной радиостанции), а затем хладнокровно перезарядил гранатомет снова.

Под градом пуль азербайджанские защитники обратились по рации за помощью к своим командующим с Агдамской равнины, находящейся на расстоянии нескольких километров к северу, и сказали, что они не могут больше противостоять этому нападению. Из наблюдательного пункта Монте слышал выстрелы в здании, где сидели защитники. Ему показалось, что защитники не смогли договориться о дальнейших действиях и стреляли друг в друга.

Когда прекратился ответный огонь со стороны защитников, Монте опустил свой Б-7 и начал наблюдение за тем, как отряды нападавших нахлынули со всех сторон в Карадаглы.

В 5 часов дня отряды выполнили свою задачу. С армянской стороны в тот день был убит только один боец, в то время как с вражеской стороны было убито двое, и сорок восемь пленных азербайджанцев направлялись в сторону грузовика. Пленники были транспортированы в Степанакерт, где их удерживали до того момента, когда их можно будет обменять на армянских заложников, оставшихся в руках азербайджанцев.

Казалось, что бой за Карадаглы, первый бой, которым Монте командовал в официальной должности, прошел успешно.
Однако вскоре всё изменилось. Боевики Арабо и Арамо столкнули в канаву на окраине деревни 38 пленных, среди которых были и мирные жители, включая женщин. Один из пленных вытащил гранату, спрятанную в забинтованной руке, и бросил ее под ноги своему охраннику Левону из Патриотического отряда. При взрыве тому оторвало часть ноги.
Солдаты Арамо и Арабо, страстно желавшие отомстить за смерть своего товарища, погибшего еще вчера, начали стрелять в пленных и добивать их ножами, всех без исключения. "Шрам" Эдо, один из пятерых ребят Патриотического отряда из Аштарака, облил нескольких раненых солдат бензином и бросил подожжённую спичку. К моменту, когда Монте подошел к канаве, там была только груда останков.
Монте издал строгий приказ о том, что пленникам нельзя наносить вред. Вены на его шее вздулись как плетеная веревка, он кричал до хрипоты, но капитан Арабо, в черном тюрбане, и плечом не повел, а, отвернувшись от Монте как от назойливой мухи, возобновил погрузку добычи.
Отряды Арабо и Арамо ушли со всем оружием, захваченным в тот день – 78-ю винтовками и тысячью патронами, а также очистили деревенский склад, унеся тонны мешков с пшеницей на продажу. После мародерства они спалили деревню.
В общей сложности пятьдесят три азербайджанца были убиты в Карадаглы и вокруг него в течение двух дней, в то время как со стороны армян было трое убитых, включая шестидесятилетнего сельского жителя в Хагорти, сраженного шальной пулей.

Продолжение следует.

Markar Melkonian. My Brother’s Road: An American’s Fateful Journey to Armenia. Pages 207—221. I. B. Tauris, London, 2005 ISBN 1850436355

Перевод осуществлен участниками форума AzeriTriColor (www.atc.az/forum): Xan, Ziyadli, Nana, Ашина, Dismiss
Редактор текста - Dismiss

28 февраля 2010 года




Scarlett вне форума   Ответить с цитированием