Показать сообщение отдельно
Старый 02.10.2009, 10:57   #18
Модератор
 
Аватар для Turku Kettola
 
Регистрация: 29.12.2006
Сообщений: 5,133
Сказал(а) спасибо: 74
Поблагодарили 692 раз(а) в 521 сообщениях
Вес репутации: 63
Turku Kettola на пути к лучшему
Мои фотоальбомы

По умолчанию Эзотерические тексты. (Г.Джемаль о жречестве, мировом кризисе и т.д.)

Мы находимся в условиях, когда мировой кризис дошел до некой особой точки, после которой сохранение прежних форматов, прежних параметров, прежних понятий и ценностей становится не то что проблематичным, а, вероятно, и невозможным.


Г. Джемаль.
………………………….

Некоторые читатели, знакомые с моими текстами, с документами, которые стоят на сайте, задаются вопросом: почему в качестве главных противников, актуальных для современного социального протеста, обозначены жречество и аристократия, а уже потом идут, скажем, олигархи, бюрократия и так далее? Жречество и аристократия, говорят они, совершенно непонятны современному человеку в России, естественно, подразумевая, что это именно россияне знакомятся с этими текстами и говорят: что значит жречество и аристократия? Да, современный человек здесь, у нас в России и не знает, что это такое, он и не видел их. Если он видел нечто напоминающее отдаленно жречество, а уж тем более, аристократию, то увиденное никак не претендует на статус каких-то великих противников, которых нужно обозначать как главных, как императив, как главное направление проблемы.

Я согласен, не хватает одного пояснения: под жречеством и аристократией мы имеем в виду те силы, которые действуют по отношению ко всему мировому порядку. Мировому порядку, в котором Россия занимает далеко не ведущее место. Россия находится в совершенно особом положении по отношению к мировому порядку в том смысле, что в семнадцатом году был нанесен тяжелейший удар по жречеству и аристократии, была вырвана часть грибницы, которая контролировала до 1917 года Российскую империю, и ее территория превратилась в “черную дыру”. Что значит “черная дыра”? Мы вернемся к этому позже, но скажу сразу: те территории мира, которые находятся под прямым контролем аристократии, являющейся младшим партнером и собеседником корпоративного жречества, находятся под проведением на них сверхъестественного энергетического влияния, связанного с аристократией как клубным сословием, как классом, или суперклассом. Сверхэлита проводит на данную территорию определенный поток влияния, который можно определить как нечеловеческий или сверхчеловеческий фактор. Нет, не в ницшеанском смысле; это другой аспект, он скорее близок к ньюэйджевскому пониманию традиции. Я имею в виду оккультное влияние на территорию, где данная группа аристократии имеет функцию контролировать ситуацию.

Так, в частности, Великобритания бесспорно находится под влиянием такого луча. Этот луч теснейшим образом связан с элитарным классом, с классом традиционной знати, которая сформировалась на Британских островах после Кромвеля, после реставрации британский монархии.

Надо сказать, что вообще этот класс, который мы называем аристократией, хотя и претендует на фундаментальную связь с вершиной социальной пирамиды, начал формироваться именно после реставрации британской монархии, после того, как лорд-протектор Кромвель был вырыт из земли и повешен в состоянии уже разложившегося трупа, и после того, как началась очень жесткая аристократическая абсолютистская реакция по всей Европе. В это время, как раз в конце семнадцатого столетия и в восемнадцатом столетии, были окончательно достроены абсолютистские монархические государства, которые потом подверглись новому удару – французской революции. Но и французская революция входила составным элементом в глобальный план строительства мирового суперклуба, называемого аристократией, который сегодня руководит миром из-за кулис. Из-за фасада демократических учреждений, партий, парламентов, министерств, институтов он продолжает руководить этой системой. Людям объясняют, что это традиционные пережитки: знаете, вот, есть институт монархии, гвардия, там, в меховых шапках – это для туристов, чтоб больше туристов приезжало. Ну, сидят на мешках с шерстью, ну, представляются королеве – это все ерунда, это для туристов. Такая же ситуация существует в скандинавских странах, тесно связанных монархическими узами, родственными с Великобританией. Для туристов.

Дело в том, что помимо правящих монархий есть и не правящие династии. И вы удивитесь тому, что эти не правящие династии точно также при делах, хотя уже никак не для туристов. Точно так же они являются частью того клубного истеблишмента, в котором формируется это двоякое влияние: с одной стороны, сверхъестественное влияние, фактор незримого присутствия, с другой стороны, формируется направление, по которому отрабатывается проект мировой истории, отрабатывается концепт сегодняшнего времени.

Бжезинский назвал Россию “черной дырой”. Что значит “черная дыра” в применении к России? Это очень интересно. Это означает, что на Россию не действует этот сверхъестественный канал влияния. Россия не получает этого лучика, который падает через дырку в своде и делает зайчик в центре, там, большого собора. А на самом деле, то место, куда падает вот этот лучик света, проходя через дырку в своде, – это место, куда стремятся встать претенденты на высшую сакральную власть. Ну из истории мы знаем, что родственники, близкие к трону, представители династий убивают друг друга, братьев, дядей, жена может убить мужа для того, чтобы освободить это место сыну, чтобы он встал вот в эту точку, куда падает лучик, на место этого солнечного пятна. Потому что это место, с их точки зрения, с точки зрения клубной знати, есть место особой благодати, которой является солнечная благодать, благодать великого существа, говоря зороастрийским языком, благодать Ормузда. И по этому каналу спускается то, что на языке пехлеви, на том же зороастрийском языке, называется “хварено” – красный сокол или красный орел благодати, который осеняет того, кто стоит в этом месте. А дальше уже эта благодать трансформируется и переходит на территорию.

Что это значит: переходит на территорию? Это значит, что вся ситуация на этой территории определена. В Англии ничего нельзя сделать. Там демократия, там можно все: можно выступать в Гайд-парке, можно создавать любые неправительственные организации, – полная демократия, но ничего нельзя сделать. Ничего не совершается. Реально вы не можете взять и изменить историю, находясь в Лондоне.

Вы можете поехать туда и поработать над тем, как изменить историю в любой другой точке мира, подумать, сидя в Британском музее, как Маркс делал, как Герцен. Подумайте над тем, сколько революционеров, сколько выдающихся людей, несогласных с миропорядком, едет в Лондон. Все работают в Лондоне – это самое большое мировое гнездо революционеров мира. И ничего не происходит. Стоит Лондон. Вокруг рушатся германии, османские империи, российские империи, все идет кувырком, в Китае происходит пятидесятилетняя гражданская война, а в Лондоне ничего не происходит. А Лондон, между тем, является центром, где совещаются анархисты и фундаменталисты всех мастей, куда приезжают революционеры из Латинской Америки. Ну не происходит в Лондоне ничего. Почему?

Потому что сверхъестественный луч идет в этом месте через самый главный на сегодняшний день аристократический клуб - Ганноверскую династию, примыкающие к ней через родственные связи аристократические дома Европы, Ближнего Востока, Японии и так далее. Это не только европейские, белые “площадки”, это высшая элитарная знать, которая включает в себя и исламское пространство, и Юго-Восточную Азию, – короче говоря, ключевые болевые точки, – и Индию.

Но есть три места, которые выпадают из этой ситуации, являются проблемными местами. Это Россия, потому что в восемнадцатом году здесь расстреляли родственника Ганноверской династии, Британской короны, царя Николая Александровича Романова. Это Соединенные Штаты, потому что они возникли благодаря тому, что как раз от этой самой аристократии и бежали туда люди; чтобы порвать с ней связь, чтоб выйти из-под ее контроля. Потому они порвали и политическую связь с Британской короной в войне за независимость, то есть они создали там “черную дыру”, прорвали магическое сверхъестественное влияние на ситуацию. Вы знаете, в этом плане очень интересно: если вы посмотрите на банкноту в один доллар, вы там увидите пирамиду, верхушка которой плавает, отрезанная от основания. Многие объясняют это масонским символизмом и так далее, там, Тринадцать ступеней, Недреманное око. Но и в плане разрыва магической связи, сверхъестественного влияния аристократии на территорию в данном месте, эта отрезанная верхушка тоже любопытна, поскольку любой символ является многоассоциативным, многовалентным. И еще есть одна, третья, страна, которая также является “черной дырой” – это Китай. В Китае антимонархическая революция произошла в 1911 году, даже на шесть лет раньше, чем в России. И произошла она под влиянием Соединенных Штатов, которые долго готовили эту акцию через своих эмиссаров, распространяли свое влияние через протестантскую миссионерскую деятельность. Сунь Ят-сен, который сверг династию, первый революционер Китая, был учеником американской протестантской миссионерской школы. Таким же учеником был и Чан Кай-ши.

Надо сказать, что Соединенные Штаты, будучи первой “черной дырой”, противостояли Великобритании по всему миру. В какой-то степени они были революционным бродилом и играли ту же самую роль, которую позднее стал играть Советский Союз, как ни странно.

В общем, в начале XX века в мире образовались как бы две партии: одна – англофильская, а другая – американофильская. Англофильская партия – это такие сахибы: в крагах, в красных фесках, пощелкивающие себя стеками по крагам, вокруг них носильщики и так далее, – истэблишмент колониального Востока. А американофильская партия в том же самом пространстве – это модернисты, футуристы, те, кто мечтает о модернизации, демократизации и так далее. О буржуазной, конечно, не о марксистской, о национал-демократической модернизации. Две партии образовались и боролись друг с другом в Китае, в Индии, в Арабских странах – повсюду. Даже в России в каком-то смысле была американофильская партия, потому что гимназисты бежали в Америку, Маяковский и другие футуристы говорили об американском веке, об американских ценностях, пользовались американскими образами: автомобиль, который жрет куб бензина, красный автомобиль летит со скоростью 100 миль в час по автобану и так далее. Это было до революции, в “Бродячей собаке” такие речи звучали в каком-нибудь пятнадцатом году. То есть Америка и тогда уже была символом модернизации, обновления, антиаристократизма и так далее.

Вот три страны: Соединенные Штаты, Россия и Китай, – в каждой из которых в силу специальных исторических условий возникла “черная дыра”, в каждой стране качественно своя, отличающаяся от других; каждая со своими функциями, благодаря которым в мире что-то стало меняться и что-то стало возможным. Потому что, подчеркиваю, там, где находится представитель титулованного истеблишмента, там, куда он проводит канал своего влияния, – ничего не возможно.

В Брунее, где правит султан, входящий в клубную элиту и близкий к британскому истеблишменту, ничего не возможно. Так же и в континентальной Европе. Да, там были реальные потрясения, была Первая мировая война, в результате которой исчезло несколько монархий – видимым образом исчезло. Была Вторая мировая война – еще несколько монархий исчезло, а династии никуда не делись. Но сегодня Европа как бы преодолевает шок от этих потрясений, сегодня Европа снова возвращается к своим истокам, бросает вызов Соединенным Штатам. И этот вызов, который, как ни странно, во многом сегодня помогает мусульманам, борющимся с агрессией Соединенных Штатов, исходит из самых высоких эшелонов власти. Например, гуантанамовский форум, проведенный Amnesty International в Лондоне, пользуется поддержкой титулованных людей, людей близких к самому высокому сегменту британского общества, и при этом, как ни странно, встречает сопротивление некоторых условно левых лейбористов, возглавляемых Тони Блэром и ориентированных на Соединенные Штаты.

Таким образом, сегодня получается, что права человека, в том числе права мусульман, захваченных Соединенными Штатами, защищают титулованные особы Великобритании и Европы. А самое удобное место, самое надежное политическое убежище сегодня находится в Скандинавии, потому что в монархической Скандинавии проводится политика неприсоединения. Неприсоединения к чему? Да к антитеррористической коалиции. Скандинавия под руководством своих монархов не присоединяется к антитеррористической коалиции, возглавляемой США. И любой человек, чувствующий себя уязвимым, находящийся, с точки зрения ЦРУ, “вне закона”, может туда уехать и найти там политическое убежище.

Но вернемся к теме мирового кризиса. Мы находимся в условиях, когда мировой кризис дошел до некой особой точки, после которой сохранение прежних форматов, прежних параметров, прежних понятий и ценностей становится не то что проблематичным, а, вероятно, и невозможным. Сколько времени тянется этот кризис? Это как посмотреть. Наиболее явная фаза этого кризиса началась в 1973 году, со времени большой арабо-израильской войны. Есть внешние приметы этого кризиса: внезапно резко взлетели цены на нефть, внезапно стало проблематичным поддерживать прежнюю продвинутую индустриальную экономику Запада, то есть производить промышленные товары на богатом обеспеченном Западе при дешевой нефти, что было реально до 1973 года. Внезапно стало понятно, что товары должны производиться где-то в глубинных уголках Земли, где живут полудикие люди, которых можно обучить нескольким
приемам работы на конвейере, на станках. А в продвинутых государствах нужно думать о концепциях, изобретать товары, – то есть превратить их в офис, в лабораторию и так далее. Производить там что-либо становится дорого.

После этого экономика решительно меняется. За последние 25 лет спекулятивная экономика, экономика “воздушных денег” решительно торжествует над экономикой товара. В дело вступают такие мощные инструменты, категорически запрещенные шариатом, запрещенные непосредственно в кораническом тексте, в Божественном Откровении, как, например, фьючерсные сделки. Коран специально посвящает этому айаты, в которых запрещается, например, продавать урожай еще не взошедшей, невсколосившейся пшеницы. Урожая нет, но вы, зная, что он появится, заранее продаете его по тем ценам, которые вы примерно определяете. Такая сделка категорически запрещена в Коране, и по кыйасу, по аналогии, запрещены все сделки подобного рода – то есть вообще любые фьючерсные сделки.

Что происходит в современной спекулятивной экономике? Ответить на этот вопрос необходимо для понимания того, как механизмы практические, или количественные, связаны с образующими фундамент нашей истории метафизическими механизмами, чтобы в конечном счете сойтись в эффекте глобального кризиса. Спекулятивная экономика вбрасывает идею некой инновации, например, что люди будут говорить по приборам мобильной связи, которые не будут нуждаться в периодической зарядке. Утверждается, что вот-вот будут открыты новые технологии сохранения и консервации энергии, которые освободят нас от необходимости в аккумуляторах. Под эти технологии – ожидается, что они появятся лет через десять, – создается компания,. Потом люди раскупают акции этой компании, появляется внезапно интервью с каким-нибудь Нобелевским лауреатом, который говорит, что открытие уже сделано, практически уже завершается отработка мелких технических подробностей, завтра уже все это пойдет в серию. И раз – акции этой компании, построенной на новых технологиях, которых еще нет, которые никто не видел, мощно взлетают. В эти акции вбрасываются громадные деньги, они варятся, перепродаются, а потом оказывается, что нет такой технологии, Нобелевский лауреат совершенно не то имел в виду, да и, вообще, он проходимец, может быть. Лопается миф о “новых технологиях”, и оказывается, что люди, вложившие сотни миллионов, а может, и миллиардов долларов по всему миру в акции, связанные с такой безаккумуляторной мобильной связью, просто прогорели.

Вся экономика последних десятилетий основана на этой модели. Громадное количество процентов, которые нарисованы в валовом продукте современных продвинутых стран, связаны со спекулятивной игрой на рынке несуществующих товаров, на бирже. Вот, допустим, берутся Соединенные Штаты, и говорится: валовой продукт США составляет 22 % от мирового продукта. Сколько конкретно в этом валовом продукте от игры на несуществующих товарах, под которые выпускаются акции? Да я думаю, что не меньше половины. Во всяком случае, так считают некоторые специалисты. А если мы прибавим сюда услуги? Ведь услуги не всегда являются товаром. Конечно, если вас парикмахер постриг – это и услуга, и реальная акция; можно, конечно, сказать, что она сомнительна в плане жизнеобеспечения – можно и нестриженным ходить, ну ладно, постригли. А вот если юрист, к примеру, берет с вас сто тысяч долларов за то, что решает ваш семейный спор с супругой, – сомнительно, что эта услуга может рассматриваться как товар, это очень большой вопрос. Но заработки адвокатов тоже составляют часть валового продукта, особенно в Соединенных Штатах, где адвокаты прокручивают гигантские деньги, основываясь на неврозах и психопатологии состоятельной части американского населения. Таким образом, этот валовой продукт съеживается у нас на глазах, съеживается в никуда, потому что товарное производство сегодня составляет ничтожный процент от тех чудовищных цифр, которыми исчисляется валовой продукт мира.
__________________
Turkculuk. Muasirlik. Islamcilik.
Если Бога нет - то все позволено. (Ф.М. Достоевский)

Turku Kettola вне форума   Ответить с цитированием