Показать сообщение отдельно
Старый 29.01.2009, 22:49   #685
Местный
 
Аватар для spectator
 
Регистрация: 02.01.2007
Адрес: Baku
Сообщений: 6,559
Сказал(а) спасибо: 344
Поблагодарили 860 раз(а) в 595 сообщениях
Вес репутации: 77
spectator на пути к лучшему
Мои фотоальбомы

По умолчанию

В догонку:
Цитата:
26 их было ... 26
В настоящее время в Баку эксгумировано захоронение 26 бакинских комиссаров. Место, которое занимает могила и памятник понадобилось для строительства торгового центра.
Многие сравнивают это мероприятие с переносом Бронзового солдата в Эстонии и готовы кричать "руки прочь от истории". Однако же я по своему рад инициативе азербайджанских товарищей, хотя и уверен в политической и национальной подоплеке произошедшего. Возможно, данная эксгумация прольет свет на ряд загадок, связанных с "26 бакинскими комиссарами" - одним из известнейших брендов советских времен.

Что мы знаем о "26 комиссарах", помимо того что они были? В Москве и некоторых других городах, включая Ростов, есть улицы либо имени всего бренда, либо отдельных его составляющих. Есть интересное, но очень сырое стихотворение Есенина "Баллада о двадцати шести". В перестроечные времена были очень популярны сплетни, насчет того, что Анастас Микоян - известный партийный и государственный деятель, ставший членом ЦК партии еще при Ленине и умерший членом ЦК уже при Брежневе, был двадцать седьмым бакинским комиссаром, но избежал казни. Скорее всего, ценой предательства своих товарищей. Доказательств этой смелой версии, как вы понимаете, привести никто не может.

Что азербайджанцы имеют против 26 бакинских комиссаров? Помимо политической составляющей вопроса (советские идеалы в данный момент времени не особо популярны на просторах бывшего СССР), есть еще и соображения национального плана. В дореволюционное время азербайджанцы составляли в Баку национальное меньшинство. По численности, они занимали третье место после русских и армян. Причем русских было почти столько же, сколько армян и татар (так тогда именовали азербайджанцев) вместе взятых. Помимо же всех перечисленных в Баку проживало значительное количество персов, грузин, евреев и даже немцы с поляками. Соответственно, на поверку национальный состав бакинских комиссаров выглядит так: армян - 8, евреев - 6, русских - 5, грузин - 4, азеров - 2 и еще один немец. К тому же, армяно-русско-еврейские комиссары обороняли Баку от наступающих азербайджанцев. В рамках горячей армяно-азербайджанской любви, странно, что за раскопки принялись сейчас, а не раньше.

Теперь немного истории. Очень вкратце. Действия происходят летом 1918 года. В Баку провозглашена Совесткая власть. Законодательные функции данной власти осуществляет Совет рабочих и солдатских депутатов, состоящий из представителей различных партий социалистического толка, а исполнительную власть осуществляет Совет народных комиссаров, состоящий из одних большевиков и пары левых эсеров. На Баку ведут наступление войска буржуазного правительства Азербайджана, поддержанные регулярной турецкой армией. Несмотря на то, что формально в распоряжении бакинского Совнаркома находятся части бывшей российской Кавказской армии, равные количественно наступающим турко-азербайджанцам и значительно превосходящие их по артиллерии, оборону организовать не удается. Армия находится в состоянии разложения и представляет из себя скорее не актив, а пассив правительства. Отчаявшись наладить оборону, и услышав весть о прорыве фронта, члены Совнаркома вместе со своими "войсками" бегут из Баку и направляются на семнадцати пароходах в Астрахань. Власть в Баку берут в свои руки революционные матросы из матросского исполнительного комитета "ЦентроКаспий". Матросы пускаются в погоню за бежавшими войсками и слугами народа и возвращают всех в Баку под прицелом корабельных орудий, однако через пару дней вся эта комарилья снова бежит в Астрахань, матросы снова пускаются в погоню и снова всех ловят. Следует отметить, что представители власти были упорны и последовательны в своем стремлении бросить город на произвол судьбы. На этот раз матросы не возвращают обратно всех, они арестовывают бывших членов совнаркома, армейских руководителей и еще нескольких деятелей общим числом в 30 человек. Этих тридцать доставляют в Баку, всех же остальных "солдат революции" общим числом в несколько тысяч человек разоружают и отпускают куда глаза глядят. Вместе с пароходами.

Привезенных под конвоем в Баку комиссаров судят военно-полевым судом за измену и кражу народного имущества. Особенно суд интересует куда пропали денежные средства совнаркома. Однако, торжеству правосудия помешали турецко-азербайджанские войска, занявшие город. Арестанты в общей суматохе бегут из тюрьмы, находящийся на свободе большевик Анастас Микоян договоривается о местах для них на одном из последних пароходов. Однако, когда беглецы попали в порт, пароход уже отбыл. Приходится плыть на другом пароходе, но уже в море выясняется, что пароход идет не в Астрахань, к большевикам, а в Красноводск, ныне - Туркменбаши все к тому же ЦентроКаспию и эсеровскому Совету Закаспия. Попытка заставить капитана и команду поменять курс успеха не имела. На пароходе еще 600 пассажиров, многие из них при оружии, и им в Астрахань не надо. По прибытии в Красноводск, беглецы пытаются смешаться с другими беженцами, но их как-то вычисляют и частично ловят.

Это первая загадка. По официальной версии, у одного из комиссаров был обнаружен список находившихся в тюрьме. По этому списку и было произведено задержание. По другой версии, которая была столь любима в перестройку, но возникла еще в 30-х, с подачи белоэмигрантских кругов - первым задержанным стал Анастас Микоян, и задержали его за отказ сдать оружие. И уже потом Микоян, в обмен на жизнь и свободу сдал всех остальных. Ни первая, ни вторая версии не вносят ясности в следующий момент - достаточно странный набор арестованных. Из 26 человек членами Совнаркома были следующие: Степан Шаумян - председатель совнаркома, Иван Фиолетов - председатель совета народного хозяйства, Владимир Полухин - комиссар по военным делам, Яков Зевин - народный комиссар труда, Мир Гасан Кязим оглы Везиров - комиссар земледелия, Мешади Азим-бек-оглы Азизбеков - бакинский губернский комиссар. Все - профессиональные революционеры, члены партии с дореволюционным стажем. Также из высокопоставленных большевиков - Богдасар Авакян - комендант Баку, Прокофий Джапаридзе - председатель бакинского Совета, Григорий Корганишвили - командующий Кавказской армией, а также красные командиры Татевос Амиров и Григорий Петров. Всего 11 человек. с определенной натяжкой в число комиссаров можно отнести главных редакторов газет "Бакинский рабочий" и "Известия бакинского совета" Арсена Амиряна и Сурена Осепяна. Остальные - непонятные клерки, военнослужащие, телохранители Шаумяна и Джапаридзе и некий немец-матрос. Возможно в число 26 вошли и просто беженцы с парохода, попавшие под горячую руку. При этом, многие из тех, кто сидел в тюрьме в Баку в число задержанных не попали. Впоследствии был отпущен и Микоян, который в тюрьме не сидел, но уж по всякому был более комиссаром, нежели некий матрос Берг.

Совет к которому попали в плен комиссары, признавал власть Комуча (Комитет Учредительного Собрания в Уфе, состоящий из эсеров), состоял в значительной своей части из железнодорожников, которые уже успели хлебнуть большевистской власти и поэтому в отношении к красным отличались твердостью, переходящей в изуверство. Совет поддерживал связь с англичанами, которых рассматривал как союзников. Вопреки всем уверениям советской пропаганды, никаких англичан в тот момент в Красноводске не было, ближайший подданый Её Величества - офицер связи - находился в Ашхабаде. Арестованных комиссаров решили расстрелять, и если бы данное решение было исполнено сразу, мы бы, скорее всего, никогда бы и не услышали об этих 26-ти. Но тут неожиданно вмешались англичане, которые попросили не убивать комиссаров, а отправить их в Ашхабад. Сами же они информировали Совет, что высылают из Персии в Ашхабад специальный отряд для того, чтобы принять арестованных и увезти их через Персию в безопасное место в Индии. Нельзя сказать, что англичане вдруг воспылали любовью к большевикам. Соображения их были чисто практические. К тому времени, на территории России, которую контролировали большевики, участились случаи арестов и даже убийства британских подданых, прежде всего военнослужащих. Англичане посчитали, что если они возьмут в заложники столь высокопоставленных большевиков, они смогут с большей степенью вероятности гарантировать неприкосновенность своих офицеров в Ташкенте и других городах, контролируемых красными. Следует отметить, что практика взятия заложников с целью обеспечения безопасности своих военнослужащих тогда была общепризнанным и разрешенным средством. Военным преступлением это стало уже после Второй мировой войны, к великому изумлению побежденной стороны.

Итак, англичане настойчиво попросили (как они это умеют) передать арестованных им. Власти в Красноводске с неохотой согласились, комиссары были погружены в вагон и отправленны в Ашхабад. Но до него они не доехали. Где-то на пустынном перегоне, в 220 км. от Красноводска, состав был остановлен, арестованные выведены из вагона и казнены. Исполнителями были русские и некий туркмен, рубивший комиссарам головы. Впоследствии данный туркмен был казнен большевиками в числе других 52 человек, обвиненных в соучастии в преступлении. Почему произошла казнь, и кто отдал приказ - думаю уже никогда не узнать. Скорее всего, инициаторами казни были местные власти, но даже косвенное участие в этом деле англичан обепечило комиссарам бессмертие. Большевистская пропаганда поспешила обвинить в преступлении англичан. Это был достаточно тонкий политический ход, сделанный в расчете как на международную реакцию, так и на реакцию влиятельной политической силы внутри Британии - трейдюнионов, традиционно симпатизировавших российским левакам. Однако, раздуть скандал удалось только в середине 20-х, когда особой надобности в нем уже не было. В 20-м году тела комиссаров были перенесены из песков Закаспия и похоронены в парке в Баку.

Существует конспирологическая теория, которая в современном Азербайджане уже стала считаться чуть ли не официальной версией произошедшего. Согласно ей, все 26 комиссаров, или же наиболее ценные из них - Шаумян, Джапаридзе, Фиолетов и др., не были расстреляны на пустынном перегоне, а были вывезены таки англичанами в Индию, где их следы затерялись. Во время последней эксгумации, в могиле недосчитались 3-х скелетов. Азербайджанцы уже заявили что точно не хватает останков Шаумяна. Будем с интересом ждать развития ситуации.

А о фальшивых символах прошлого я бы особо не жалел. И улице Шаумяна в Ростове-на-Дону вернул бы ее исконное название Димитровская, которое она получила по имени крепости Димитрия Ростовского, еще до того как Ростов стал Ростовом.
__________________
VOX POPULI VOX DEYIL

spectator вне форума   Ответить с цитированием