Показать сообщение отдельно
Старый 27.11.2008, 21:17   #1
Местный
 
Регистрация: 20.09.2006
Сообщений: 2,494
Сказал(а) спасибо: 233
Поблагодарили 59 раз(а) в 55 сообщениях
Вес репутации: 39
GEBER на пути к лучшему
Мои фотоальбомы

По умолчанию

Мятеж. Революция. Реформа

Этот текст я посвящаю Хикмету Гаджи-заде . Оно написано давно , я ее немного деконструировал под Хикмета и явить блистательные моменты .


«Я люблю озадачивать людей и наживать себе врагов; не друзей, а именно врагов — это моя политика... Все зависит от того, как и насколько ты понимаешь происходящее...»

Для того, чтобы ни к чему не стремиться и ничего не искать, люди перестают размышлять, — пусть за них это делает кто-то другой! Совершенно не подозревая, что те, кто провозглашает моральные кодексы, нравственные нормы и регулирует наш образ жизни, придумали этот бред, устав от размышлений.

Помните закон Мода? — «Вывод — это обрывок мысли, мелькнувший в тот момент, когда вы устали думать.»

Если кто-то неожиданно разбудит тебя среди ночи и спросит: «Кто ты?» — тебе понадобится некоторое время, чтобы вспомнить, кем ты считал себя перед сном. Ты не знаешь, кто ты; твое имя — лишь метка, которую на тебя поставили. Это не ты.
«Куда ты идешь?» — ты не знаешь. У тебя нет билета с указанием станции назначения, где выходить. Тебе остается лишь надеяться, что кто-нибудь в нужный момент тебя подтолкнет или твоя станция окажется конечной, на которой выйдут все.

Но зачем, в таком случае, ты путешествуешь? Не знаешь. В нынешнем состоянии незнания тебе никуда не попасть. И ничего не найти. Твоя жажда свободы — фикция, потому что ты не знаешь, что такое свобода. Для кого ты просишь свободы?

Существуют два вида знания. Одно — заимствованное из книг, от учителей, родителей, окружения и общества, в котором живешь. Неосознанно ты пропитываешься всем этим знанием. Но это не знание в том смысле, который подразумевает гностицизм, или самопознание. Это суррогат истинного знания, это тормоз на пути истинного знания. Истинное знание — это познание истины, любви, сострадания, главного, что есть в жизни человека — самого себя.

1. Искусство свободы.
2. Реформа, революция и мятеж — «три кита» человеческой эволюции.
3. Священники и политики — паразиты власти.
4.
5. Диктатура.
6. Свобода — это не распущенность.
7. Эволюция сознания ведет к исчезновению общества.
8. Терроризм —
9. Революционеры в действительности не бунтари.
11. Пребудь в мире — или обрети целостность.
12. Мятеж — это ответ «ДА».
13. Гностицизм — основа религиозного мятежа.
14. Мятежный дух.
15. Анархизм и сознание.
16. Вред компромисса.
17. Религиозность и мятежность — два названия одного опыта.
20. Я принадлежу вечности, вы тоже.
21. Будьте реалистами — планируйте чудо.


Человек всегда пытался от чего-то освободиться. Это не созидание. Это негативный аспект свободы.
Свобода для созидательна. У тебя есть мечта, которую ты хочешь материализовать, и для этого тебе нужна свобода.
Свобода от всегда связана с прошлым, свобода для всегда связана с будущим.
Свобода для — это духовное измерение, потому что ты движешься в неведомое и, возможно, когда-то войдешь в непознаваемое. Свобода для дает тебе крылья.
В лучшем случае свобода от снимет с тебя оковы. Но это не всегда идет на пользу — и вся история мира ярко об этом свидетельствует. Люди никогда не задумываются о втором виде свободы, о свободе для. Они всегда думают лишь о первом виде, о свободе от, так как им не хватает проницательности и дальновидности. Свобода от видима: кандалы на ногах, оковы на руках. Люди хотят сбросить с себя оковы, но что потом? Что ты намерен делать, когда твои руки освободятся? Ведь ты можешь даже пожалеть, что так рвался к долгожданной свободе от.
Оглянись на мир: страны освободились от британской, испанской, португальской колонизации, но люди в этих странах стали жить намного хуже, чем во времена порабощения.
Свобода от рабства попросту создает хаос.
Я был еще маленьким, но часто спорил с отцом и дядьями: «Я понимаю, что рабство ужасно. Это унизительно, негуманно. Раб перестает ощущать себя полноценным человеком, это деградация. С рабством надо бороться. Но я хочу вас спросить: что вы будете делать, когда перестанете быть рабами? Совершенно понятно, что такое свобода от рабства, и я двумя руками голосую за такую свободу. Но я хочу знать и четко представлять, что вы намерены делать со своей свободой?» «Вы знаете, как жить в рабстве. Но знаете ли вы, как жить на свободе? Когда вы живете в рабстве, то подчиняетесь установленному сверху определенному порядку, иначе вас сломают, уничтожат, убьют. Но знаете ли вы, что, став свободными, вы сами станете ответственными за сохранение порядка? Никто не будет вас убивать, но никто не будет за вас отвечать — вам придется взять на себя ответственность в полной мере. Спрашивали ли вы своих вождей, для чего нужна свобода?» Я никогда не получал ответов на свои вопросы. Они говорили: «В настоящий момент мы боремся за свободу от рабства; придет время, и мы позаботимся о том, что делать с этой свободой».
Но ни разу ни один пламенный вождь революции не ответил мне на вопрос, что он же он собирается делать со свободой.

Ни одному революционеру нельзя доверять власть, потому что он знает, как устраивать диверсии, он умеет разрушать, саботировать, уничтожать, но он не умеет созидать. Его следует чтить, уважать и давать ему золотые медали — но не власть.
Вы должны четко понять, о чем я говорю. У каждой революции есть два аспекта: от и для. поэтому должно быть два вида революционеров. Одни должны работать на первый аспект революции — на свободу от, а когда они закончат свою работу, к делу должны подключаться те, кто будет работать на второй аспект революции — на свободу для.
Но тут возникают большие трудности. Кто с ними справится? Каждый революционер жаждет власти. Когда революционеры торжествуют победу, им принадлежит власть, и они не желают ее отдавать. А в стране воцаряются хаос и разруха. И с каждым днем страна опускается все ниже и ниже в пучину разногласий.
Вот почему я учу вас не революции; я учу вас мятежу.
Революция — это удел толпы; мятеж — это дело личности, индивидуальности.
Когда человек становится мятежным, он меняется. Его не волнует власть. Он изменяет свою сущность, дает в себе рождение новому человеку. В этом внутреннем мятеже участвуют оба вида революционеров, потому что многое нужно разрушить, но и многое нужно создать.
Это не коллективное деяние. Это индивидуальное развитие.
И если миллионы людей поднимут внутри себя мятеж, то власть стран и народов перейдет в руки этих людей... — в руки мятежников.
Революция станет успешной только тогда, когда все люди станут мятежными. Потому что революция страдает раздвоением личности, а мятеж — это всегда работа одной единственной личности.
И помните: в мятеже разрушение и созидание идут рука об руку, поддерживая друг друга. Они неотделимы друг от друга. Стоит вам их разграничить, как это происходит в революции, и старая история вновь повторится.
В революции вы обречены на разделение, то ли от чего-то, то ли для чего-то. Вы не можете соединить и то и другое вместе, потому что для каждого аспекта революции нужны разные качества и разный опыт. Но в мятеже оба качества объединяются.
Когда скульптор создает статую, он совершает противоположные действия: режет камень, разрушая старое состояние, и в это же время создает новую прекрасную статую, которой не было прежде. Разрушение и созидание идут рука об руку, — они неотделимы друг от друга.
В мятеже есть целостность, в революции — двойственность. В этой двойственности заключается опасность революций. Слово «революция» сладкозвучно, но на протяжении веков это слово связано с раздвоением личности. А я всегда выступаю против любого раздвоения личности, потому что любой человек, страдающий такого рода раздвоением, становится шизофреником.
Если многие люди пройдут через внутренний мятеж — мятеж не против кого-то, а против собственной запрограммированной обусловленности, — и дадут в себе рождение новому человеку... проблемы с революцией решатся сами собой...
«Революция» станет отжившим понятием.
«Мятеж» — вот слово для будущего.

Революция лжива; она не затрагивает твою истинную сущность, зато поддерживает твой авторитет. Вот что такое мораль — это красивая гостиная. И такую гостиную можно себе позволить, можно даже повесить на стену картину Пикассо, — все зависит от того, сколько у тебя денег.
Совсем недавно я прочитал маленький рассказ.


Чарли пошел прогуляться по городу со своим другом Джорджем, который жил в деревне. Они с наслаждением рассматривали достопримечательности города, когда Джордж вдруг сказал: «Эй, глянь-ка вон на ту симпатичную девушку. Она нам улыбается. Ты ее знаешь?» «Да, это Бетти. Двадцать баксов».
«А кто та брюнетка рядом с ней? Ух, какая аппетитная!» «Долорес. Сорок баксов».
«Ой, смотри, кто идет. И впрямь высший класс».
«Глория. Восемьдесят баксов».
«Господи!», — воскликнул Джордж. — «Неужели во всем городе нет красивых порядочных девчонок?» «Конечно, есть», — отозвался Чарли. — «Но они тебе не по карману».


Нравственность доходит лишь до той черты, после которой топчется в растерянности и исчезает. У каждого человека есть своя цена. У нравственного человека тоже есть своя цена. Понаблюдай за собой. Если ты идешь по улице и находишь сто долларов, возможно, ты их не поднимешь, но если ты увидишь тысячу долларов, то задумаешься, поднять их или нет...
Но если ты найдешь десять тысяч долларов, то без колебаний их возьмешь. Это иллюстрирует ту глубину, до которой спускается твоя мораль — сто, тысяча, десять тысяч. У каждого своя цена. Человек может позволить себе ровно столько-то. Все, что выходит за эти пределы — уже чересчур.
Но нравственность столько не стоит! Тогда выбираем безнравственность.
Нравственный человек нравственен не на все сто процентов; в нем есть несколько слоев, которые нравственны, но за ними таится безнравственность. Поэтому очень легко любого нравственного человека втолкнуть в безнравственность. Главное — правильно определить его цену.

Я слышал историю о том, как Мулла Насреддин путешествовал наедине с дамой. Он представился, а затем спросил: «Вы хотите со мной переспать?» Женщина страшно рассердилась и воскликнула: «За кого вы меня принимаете? Вы сумасшедший! Что вы себе позволяете! Я не какая-нибудь проститутка!» Насреддин сказал: «Я дам вам десять тысяч рупий».
Женщина заулыбалась, придвинулась ближе, взяла Насреддина за руку. Тогда Насреддин спросил: «А как насчет десяти рупий?» Женщина сказала: «Да кто я такая, по-вашему!» Насреддин ответил: «Кто вы такая, я уже понял! Сейчас мы договариваемся о цене»
Всегда и во всем всплывает вопрос «цены». Десять рупий — и женщина в ярости.
Десять тысяч рупий — и она согласна. И не смейтесь над ней, это происходит с каждым из нас. Мораль тебя не трансформирует. Она идет дальше, чем реформа, у нее более высокая цена, но сердцевина твоей внутренней сущности остается неизменной.
Реформа — это частичная революция. Революция — это процесс внешний, наружный.
Мятеж — это внутренняя революция. И только это надежно и заслуживает доверия.
Все остальное — «липа». Реформа превращает тебя в лицемера, революция делает тебя шизофреником. Только мятеж дает тебе ощущение полноты бытия, непосредственность, здоровье, целостность. Реформа делает тебя респектабельным.
Если ты к этому стремишься, то реформы для тебя вполне достаточно. Она сделает тебя пластичным и гибким.
Внешне ты станешь казаться представительнее и привлекательнее. Но внутри ты будешь гнить, разлагаться и вонять, и никто не почувствует этой вони: тебя защитит обтекаемость и красивая мина на лице.
Революция доводит тебя до раздвоения. Она превращает тебя в праведника, но при этом не вытесняет грешника. Грешник не сливается с праведником, а отделяется.
Революция превращает тебя в две личности. Она создает в тебе два мира. Все естественное подавляется, а все моральное выступает наружу. Высший щенок — мораль — пытается руководить низшим щенком — природой. Но все природное обладает огромной силой (потому что оно естественно), и оно берет реванш, продолжая тайком прокрадываться в твою жизнь, используя слабые места. Оно разрушает твою мораль, заставляет ощущать вину, и ты испытываешь постоянный внутренний конфликт, потому что в этой борьбе никому не дано стать победителем.
Интеллектуально ты поддерживаешь в себе нравственное, но все твое существо поддерживает в тебе природное. Мораль идет от сознания, а все природное в тебе скрывается в подсознании. Слой сознательного разума очень мал, подсознание в девять раз сильнее, в девять раз больше. Но ты знаешь только свое сознание, поэтому в твоем сознании нравственность продолжает петь свою песню; в то же время в могущественном подсознании все безнравственное в тебе пускает все более глубокие корни. Это делает тебя праведником и грешником. Грешник подавляется, но он ждет своего часа, когда сможет поднять голову и взять реванш.
Вот почему люди выглядят такими печальными и раздвоенными. Они распыляют всю энергию на этот конфликт. Они испытывают постоянное напряжение. Праведник напряжен, он всегда страдает и всегда боится — боится собственной сущности, которую в себе отвергает. А отверженный тут как тут! Рано или поздно он вышвырнет моралиста, эгоиста, сознательного притворщика. Он вышвырнет этого обманщика, претендующего на трон.
Поэтому праведник всегда находится на грани психического расстройства. Да вы и сами знаете... Если вы пытаетесь быть праведником, то всегда живете «на грани».

3. Священники и политики — паразиты власти
Причина проста, пожалуй, даже слишком проста. Она настолько очевидна, настолько бросается в глаза, что многие люди не обращают на нее внимания. Когда что-то кажется слишком очевидным, ты начинаешь воспринимать это, как должное. Когда что-то находится прямо перед твоими глазами, ты перестаешь это замечать. Чтобы что-то увидеть, надо посмотреть со стороны. Большое видится на расстоянии.
Поэтому начну с того, что позволю себе напомнить: человечество стало несчастным не сегодня. Оно страдало всегда.
Страдание чуть ли не стало нашей второй натурой. Мы живем в страданиях многие тысячелетия. Близость страдания не позволяет нам его разглядеть; иначе мы просто ужаснулись бы.
Но чтобы увидеть то, что находится перед твоими глазами, надо смотреть глазами ребенка. А между тем в глазах каждого из нас стоит печать тысячелетий. Наши глаза состарились; они не способны посмотреть свежим взглядом. Они уже давно признали многие вещи, позабыв, что именно в них заложена причина страданий.
Религиозные пророки, политические лидеры, законодатели морали... Мы их уважаем, нимало не подозревая, что от них идут все страдания. Кто же может такое заподозрить? Эти люди служат человечеству, жертвуют собой ради блага людей. Мы им поклоняемся; мы никак не связываем их с нашими страданиями.
Корни страдания маскируются за красивыми словами, священными писаниями, духовными проповедями.
Люди живут в страданиях, считая их частью своей жизни, своей судьбы. Никто не ставит это под сомнение. Никто не спрашивает, почему он страдает.
Но еще до того, как кто-то, наконец, задаст вопрос «почему я должен страдать?», религиозные пророки, мессии и священники с готовностью отвечают.
Согласно иудейским религиям — иудаизму, христианству и мусульманству — страдание существует из-за первородного греха. У трех этих религий один источник; все они верят в один и тот же первородный грех и в то, что мы страдаем из-за наших прародителей, совершивших этот грех. Даже человеческое правосудие не может осудить сына преступника только потому, что он сын преступника. Отец мог совершить убийство или любое другое страшное преступление, но сына за это не наказывают. Сын не имеет никакого отношения к преступлению, совершенному отцом.
Адам и Ева не совершили никакого преступления — в них просто проснулась жажда познания. Мне кажется, что любой человек, у которого есть хоть капля здравого смысла, на их месте сделал бы то же самое. Это непременно должно было случиться, потому что у человека есть глубокая потребность знать. Это его качество, это не грех.
Таково уж свойство человеческой натуры — человек хочет знать. Но Бог ему запрещает знать. Он говорит: «Оставайся невежественным».
Точно так же у человека есть врожденное, страстное желание вечной жизни. Никто не хочет умирать.
Даже человек, который идет на самоубийство, не против жизни как таковой.


В современном мире наметилась новая тенденция: один процент людей стал более развитым, знающим, чутким. И эти люди, которые осознали, что живут в страданиях, глядя на все человечество, которое находится в аду, законно спрашивают: «Каким еще другим адом вы нас пугаете? Что может быть хуже того, что происходит на земле?» Эти люди задают такие вопросы. Эти вопросы слышат и те, кто еще недостаточно созрел, но все равно они слышат. И у них начинает пробуждаться сознание. Они задумываются: «Да, сколько вокруг страданий, неимоверных страданий».
Политики вас обманывают. Они говорят: «Если придет демократия, исчезнут страдания. Если наступит коммунизм, страданий не будет». Но демократия пришла, а страдания все растут и накапливаются. Страны обретают независимость, но даже в независимых странах страданий не меньше, чем в колониальных странах.
Политические вожди дают человечеству надежду на лучшее будущее... всегда весьма далекое, огромную надежду...
Во имя создания бесклассового общества Россия страдает уже много веков : «Совсем скоро мы построим бесклассовое общество!» Когда же закончатся эти мучительные дни ожидания? Это старая добрая стратегия. Иисус, бывало, любил говорить своим последователям: «Скоро вы будете со мной в царстве Божьем. Скоро вы увидите, что все, кто следуют за мной, спасутся, а те, кто не следует за мной, попадут в вечный ад». Этого до сих пор не произошло, и нам даже неведомо, попал ли сам Иисус в царство Божье.
Он обещал, что обязательно вернется. Наверное, ему не хватило смелости — одного распятия вполне достаточно! В это пришествие его снова распнут, на этот раз в Ватикане, поскольку на этот раз он явится на Землю христианином. И папа Римский станет тем человеком, который рассудит так: «Этого человека придется распять — он обманщик, Антихрист. Он не наш Господь, потому что наш Господь придет во всей славе, восседая на облаке. Только так явится к нам наш Господь. И потом: этот человек рожден от женщины, и даже не от девственницы».
Они ищут облако, на котором придет Господь, а Господь ускользает!
Надежда... Политики продолжают давать надежду, но ничто не материализуется. Одно надо понять четко и навсегда: нам не поможет никакая надежда, нам не поможет никакое ложное объяснение.
__________________
Никогда не держите кошку , цвет не важен . Беняминяудай Бедный Факир с Азии.

GEBER вне форума   Ответить с цитированием