Показать сообщение отдельно
Старый 12.02.2008, 15:29   #21
Местный
 
Регистрация: 10.02.2008
Сообщений: 105
Сказал(а) спасибо: 0
Поблагодарили 0 раз(а) в 0 сообщениях
Вес репутации: 14
Paradise Lost на пути к лучшему
Мои фотоальбомы

По умолчанию

А этот материал про тариста-виртуоза Мирзу Фараджа, наверное, лучше было бы поместить в разделе Культура, в теме Мугам - как решит модератор.

Мирза Фарадж

В истории существует не только преемственность дел, но и преемственность культурной информации, без которой не обходится ни одна традиция. И как ни резки бывают разрывы революционных эпох, они не в силах пересоздать национально-душевного склада человека. Эта мысль более всего применима к людям творческим, а таковых, хотя и меньшинство, вполне достаточно для торжества двух очень важных вещей - разрушения оконченных мнений и сохранения того, что называется классикой. Первые - это новаторы, вторые - консерваторы, которых не следует смешивать с реакционерами и догматиками. Для стабильности и расцвета культуры потребны как первые, так и вторые.

Люди больших умений не боятся быть самими собой. Есть резон вспомнить об этой мудрости, когда говоришь о знаменитом в свое время музыканте Мирза Фарадже Рзаеве (1847-1927), одном из первых таристов Азербайджана, современнике таких сазандаров как Джаббар Карягды, Гусейнгулу Сарабский, Мирза Садыг, Курбан Примов, Саша Оганезашвили, Мирза Мансур, Бюльбюльджан, внесших неоценимый вклад в азербайджанскую музыкальную культуру, в частности, в сбережение и развитие азербайджанского мугама.

Судьбу не выбирают. По рождению и воспитанию Мирза Фарадж принадлежал к бакинскому социумум, по генетическому началу, - к художественно одаренным личностям. Из его рода, в частности, известные музыканты Бакихановы. Рано потеряв родителей, он жил у дяди и, будучи отданным в учение с видами на карьеру муллы, совершил сворот, предопределенный душевной страстью. Видя, как он загорается, слыша музыку и пение, мулла вернул его опекуну со словами: «Отведи к музыкантам. Там ему самое место».

Бедность в исламском мире не порок, но и, как всюду, побуждает к отчаянной решимости распознать свою линию судьбы. Мирза Фараджу повезло вдвойне: дарование нашло себе подпору в трудолюбии. От трудился всю жизнь, не зная упадка физических сил и только болезнь подкосила его на 80-м году жизни. Но физический недуг был вызван душевными страданиями, - так сильно переживал Мирза Фарадж новомодное революционное невежество 20-х годов, - пренебрежение к тару и кеманче, якобы устаревшим и примитивным инструментам, негодным для духоподъемной музыки новой жизни. К Мирзе Фараджу вполне приложимы слова римлянина Плиния Младшего: «Он был стар годами, но юн желаниями». И напротив те, кто призывал отправить тар в тартарары, были молоды годами, но стары желаниями: они были догматиками нового, а что такое догматизм, как не тончайшая, наиболее духовная форма деспотизма.

Мирза Фараджу было 9 лет, когда он начал ходить на свадьбы. Его двоюродная сестра научила играть на гоша-нагаре. Этот инструмент, будучи частью ансамбля сазандаров, прививал стойкое чувство ритма и такта. В 14 лет он впервые берет в руки тар, - новый для того времени инструмент, привезенный в Баку, иранцем Али Ширази в 1860-62 годах. Этот тар имел сравнительно малые размеры и меньше струн. На нем играли, слегка наклонившись: тар лежал на коленях. Азербайджанский тар фактически был создан в 1870 -75 годах. Его творец - выдающийся исполнитель Мирза Садыг (1846-1902). Мирза Фарадж был знаком с ним и, возможно, между ними существовало соперничество, - нормальное и необходимое: оно поддерживает культурный тонус народа.

Мирза Фарадж Рзаев не был бы тем, кем стал, если бы не учился, – истово и усердно. Он ездил в Иран, где брал уроки у знаменитых сазандаров. Мугамы – наследство, добытое столетиями культурной выработки восточного человека. Иран был меккой мугамата. Именно в недрах иранской культуры сложился мугамат (Х-ХII вв) с его классическими 12 мугамами и 6 авазатами. Сами иранцы приписывали открытие семи основных мугамов легендарному музыканту Барбаду, жившему в эпоху Сасанидов в III-VII веках. Мугам стал знаковым явлением профессиональной музыки, вместилищем художественной традиции, позволяющей импровизировать в рамках канона: один и тот же мугам всякий раз звучал по-новому, ибо зависел от таланта, мастерства, импровизационных способностей исполнителя. Вот почему в Иране и Азербайджане существовал культ музыканта. Популярности Мирзы Фараджа и других виртуозов игры и пения, способствовало немаловажное обстоятельство: мугам почитался как целебная сила, врачующая душу и разум. Музыка мугама с его теснифами и ренгами опиралась на добротную литературную основу, - газели Хагани, Низами, Мехсети, Физули, Вагифа... Пылкость и страстность, возвышенность и патетичность - трудно передать словами все богатство душевных состояний, возникающих в мире мугама. И тем больше почтения, - к дивным голосам, волшебным перстам сазандаров. Любимым мугамом Мирзы Фараджа был «Раст», о котором. Узеир Гаджибеков сказал так: «Раст» вызывает чувства мужества и бодрости.

Про Мирза Фараджа можно сказать: это была личность определенной биографии, жизнелюб, по-исламски земной человек с твердыми понятиями о чести и правильной жизни. При всей тотальности норм шариата, предписывающих нормативистское поведение, - степенность, чувство ранга, благочестие, верноподданничество, он был как все - патриархален, благочестив, далек от власти и политики, словом, типичная замкнутость жизненного горизонта ежедневщиной заданий и обязанностей . Но у сазандаров был и свой, второй мир, в котором их объединяли мелодия и лад, слово и смысл прекрасного. Мирза Фарадж порой любил часы одиночества, когда его собеседником был только тар, - инструмент, о котором можно сказать в буквальном смысле: творение его рук. Он мастерил инструменты и относился к ним с нежностью родителя.

Свобода существования в мифопоэтическом пространстве помогала удовлетворять и потребности суровой обыденщины. Мастера его уровня не бедствовали, нужда в именитых сазандарах не иссякала. Однако у этой жизни «по вызову и приглашению» были свои темные стороны, известные многим поколениям людей. Еще в «Кабус-намэ» (XI в.) можно было прочесть «Самое большое искусство в музыке - ... угодить вкусам слушателя» «если бы даже ты был несравненным мастером своего дела, все же смотри на вкусы твоих слушателей». На пиру не обязательно выполнять все правила музыки, выдерживать последовательность «дестгяха»: «Пока ты будешь выполнять правила музыки, люди-то опьянеют и уйдут. Ты лучше смотри, какую каждый из них мелодию хочет и какую мелодию любит».

В воспоминаниях внучки Мирзы Фараджа Ругии ханум Рзаевой приведен случай, подтверждающий стародавнее наставление. Мастер, будучи приглашенным на меджлис иранского хана, начал с «Раста», но заметив недовольство, перешел на другой мугам. Результат был тот же. Хан в музыке был не силен. Тогда он встал, подошел к хану, умильно глядя ему в глаза, легкомысленно запел нечто фривольное – и был вознагражден одобрительным хохотом.

У Мирзы Фараджа было в обычае для собраний рангом пониже - всяких «лоту» и «суннет тойлары» - играть для «разогреву» мелодии с острым ритмическим рисунком. Прием, проходящий на «бис». В 1900 - 1905 годах Мирза Фарадж концертировал вместе с ханенде Джаббаром Карягды и кеманчистом Мешади Гулу. Именно на этот период приходится пик его популярности, как тариста -виртуоза, знатока мугамов. Последнее соображение имеет под собой серьезную основу. Бывая в Иране, он изучил кроме фарси и арабский язык, что позволило ознакомиться с музыковедческими трактатами. Его знали как человека сведущего, и в этом качестве он не мог не быть хранителем устоев, во времена, когда бакинская жизнь на рубеже веков обрела динамизм Модерна, а вместе в ним появились соблазны новаций во имя новаций. Он был консервативен во вкусах, но благодаря тому Бахрам Мансуров впоследствии знакомил мир с мугамами свободными от деструктивных новшеств.

В музее истории Азербайджана хранится тар мастера, отделанный перламутром, - награда за победу в музыкальном меджлисе. Когда при Азербайджанской музыкальной школе учредили комиссию по мугамату, в нее кроме Фараджа Рзаева пригласили Джабара Карягды, Курбана Примова, Ширина Ахундова, Мансура Мансурова, – все таристы, за вычетом Дж. Карягды.

Вобрав в себя музыкально-художественный опыт XIX века, он творчески перенес его в век XX и охранил от бездумных новаторщиков. Мирза Фарадж был консервативным революционером – и благодарение Всевышнему!

Paradise Lost вне форума   Ответить с цитированием